Н.Ф.Дановский. Вводное слово в искусство перевода


ФРАЗЫ-ПРОИЗВЕДЕНИЯ

О фразах-фрагментах сказано в самом кратком очерке все, что является совершенно необходимым для первичного подхода к теме. Конечно, в процессе дальнейших исследовательских работ в этой области появятся еще многочисленные другие тонкости, которые надлежит прояснить. Но в настоящее время нет возможности более глубоко вдаваться в эту тему. Поэтому возвращаемся в нашу "узловую" точку, в которой мы установили и оставили "развилку".

И теперь, вернувшись в нее, пойдем по другой дорожке. В начале рассмотрения фразеологического соответствия мы определили фразу, как кирпич в сооружении. Применительно к предложениям, составляющим первичное конструктивное звено в более крупном произведении, это совершенно верно. Но вот и в архитектурных композициях встречаются отдельные "орнаментированные" кирпичи, которые играют самостоятельную роль на фоне кирпичной стены. А иногда они выступают и вовсе независимл от окружения, как бы гармонично вписываясь в любом сочетании с другими элементами. В еще большей степени поражает эта "самостоятельность и независимость" отдельной фразы, когда она составляет законченное произведение художественной литературы.

Вообще фраза, как категория "стадная", сама по себе в отдельности функционирует очень редко. Всегда всякая фраза главным образом вплетается в некоторую цепь или совокупность. Но если фраза-фрагмент может быть вставлена только в одном положенном ей месте, то фразу-произведение можно применять и в "блестящем одиночестве" и в широкой степени сочетая ее с различными другими в разнообразных текстах. Она как бы получает универсальную применимость, и в этом собственно и заключается ее самостоятельность и независимость. Примеров таких фраз-произведений не счесть. Это вообще произведения, которыми начинается всякая большая литература: это народные присказки, пословицы, поговорки, загадки, считалки, а в большой литературе, в которой уже выкристаллизовывается идея и практика авторства, это афоризмы, крылатые слова, коротенькие рассказы, анекдоты, поэтические формы, состоящие всего из одного предложения. Все это "литература малых форм". Но каждое такое произведение имеет свою композиционную структуру и особенность. В нем есть вступление, подъем, главное ударение и завершение (экспозиция-позиция-суперпозиция). И все произведение венчается своим "заключительным аккордом" (концовкой фразы), в котором концентрируется главная часть поучения, мудрости народной - своеобразный финал, единым махом раскрывающий всю глубину произведения. Это произведение может быть прозаическим, но может быть и поэтическим. Подробнее о поэтическом переводе будет изложено в соответствующем месте стилистического соответствия. Но уже и на уровне фразеологического соответствия придется столкнуться и с некоторыми традициями поэтического перевода. Сделаем мы это в том виде и объеме, который здесь составит необходимый минимум, оставляя главную нагрузку поэтического перевода на четвертую главу.

Этот жанр "малых форм" широко культивируется в Эсперанто на всем протяжении функционирования системы с первых дней. Доктор Л.М.Заменгоф ввел эту традицию уже в проекте своей устно-письменной коммуникативной системы, еще когда она не была языком. С первых дней существования в Эсперанто сперва вводятся, а затем входят толпой фразы-произведения. И при рассмотрении этого эсперантского "фольклора" даже трудно говорить о переводе. Так же, как и при сопоставлении творчества Эзопа, Лафонтена, Крылова и других, одна и та же басня приобретает форму оригинального произведения другой языковой культуры, будучи пересказана на этом другом языке. Так и пословица становится новым оригинальным произведением языка №2, хотя поводом для ее создания послужил прототип, полностью отформованный на языке №1. В результате связующим звеном или нитью для двух этих пословиц, из которых одна оригинально выражена на языке №1, а другая в переводе выражена на языке №2 так, как будто здесь она и появилась оригинально, оказывается лишь голая главная идея. Слова же оказываются совершенно другими. Таким образом, в этом жанре господствует главным образом тот тип соответствия, в котором группе соответствует группа.

Здесь возникает общность с поэтическим переводом.

Главная цель, которая преследуется при переводе фразы-произведения, заключается в том, чтобы сохранить в максимальной неприкосновенности мысль, идею, впечатление, эмоцию, выраженную или создаваемую данным сочетанием слов в предложении. Что же касается формы, то ее можно сохранить, но можно и изменить, согласуя с аналогичными другими произведениями, ориентируясь на словосочетания, уже имеющиеся в языке. Переводчик при этом должен всегда видеть перед собой мысленную картину (да и стремясь к тому), в которой и новоиспеченное произведение в наиболее оптимальном случае также получит распространение, как песня, как любимые стихи. Само собою разумеется, такое произведение, попав в руки творческого коллектива, постепенно отшлифовывается и приобретает наиболее устойчивую и лапидарную, "обтекаемую форму". Так что отдельные шипы и шероховатости под воздействием коллективного участия в этом творческом процессе обтираются, сглаживаются, округляются, подобно тем "кругляшам", которые в неисчислимом множестве рассыпаны на морских пляжах. Но желательно, чтобы уже при своем появлении или зарождении (сиречь, в процессе сознательной работы переводчика) оно имело бы уже привычную плавно звучащую, гладко обтекаемую и удобно произносимую форму.

Перевод всегда является своеобразными смотринами языка. При встрече с литературным произведением другой языковой культуры данная языковая система как бы осматривает себя в пределах очерченной рамки (произведения как речения). В процессе перевода литератор-переводчик сопоставляет эти два языка, и при том для него со всей ясностью обнаруживаются отдельные свойства оригинала по сравнению с переводом. Но, повторяем, он должен чувствовать себя твердо в языке перевода, и с позиции языка перевода манипулировать языком оригинала. В чем-то язык оригинала превосходит язык перевода, в чем-то уступает ему. И переводчик волей-неволей становится создателем и арбитром отдельных форм на языке перевода, все время глядя на язык оригинала как на законодателя или судью своего творчества. И наоборот, преимущества же языка перевода он просто использует, не останавливаясь на них длительно. Вот это языкотворчество идет непрерывно, неся с собой все большее выравнивание выразительных средств языка перевода, как бы под диктовку языка оригинала.

Мы этот процесс считаем повышением информационной эффективности языка. И процесс перевода оказывается наиболее простым и убедительным, когда оба языка стоят на одной и той же ступени информационной эффективности, хотя в реальных особенностях между ними может быть и достаточное количество различий.

Обращаясь к рассматриваемой паре (русский-Эсперанто), следует отметить, что общие формальные процессы и приемы перевода в данном случае остаются теми же, что и при парах национальных ("естественных") языков. Лишь на данной стадии пока еще языкотворчество на Эсперанто в процессах его сопоставления с самыми различными национальными языками, с которых делаются переводы, преобладает в процессах экстенсивных. При этом на ходу создаются средствами языка, в котором пока еще нет "закоченевших реликтов" (утративших семантику лексем, взятых изолированно от других лексем, с которыми они находятся в локтевой связи). А напротив, все лексемы применимы и в группах и в отдельности. Поэтому процесс здесь идет по пути наиболее адекватного выражения мысли или идеи, заключенной в идиоме. Но для достижения наибольшей выразительности ей искусственно придается своеобразная "фольклорная" форма (своеобразный "фольклорный" аспект). Т.е. либо с помощью ритма, рифмы или ассонанса, либо отработанной прозаической лапидарности при отсутствии поэтических атрибутов придается вид легко произносимого и просто запоминаемого речения, звучащего адекватно пословице, поговорке, считалке, афоризму национальных языков.

За 95 лет своего существования в работах отдельных мастеров перевода (начиная с самого автора проекта языка - Лазаря Марковича Заменгофа) накопилось такое обилие этого материала, что теперь уже пришло время обратиться и к интенсивному пути и к периоду использования и освоения этого богатства языка. Отдельные собиратели, как пузырьки начинающегося кипения появляются на поверхности в разных концах нашей необъятной родины. И мне хочется здесь отметить очень ценную инициативу А.Е.Гончарова (Одинцово), собирающего по своему направлениб склонностей отдельные жемчужины языка. А также Л.П.Коновалову и Л.В.Обухову (Карпинск), собирающих пословицы и афоризмы, Н.П.Гришина (Вентспилс), также ведущего картотечный словарь этого богатства языка, Е.П.Острожникову (Москва) и Д.М.Цыбулевского (Харьков), собирающих материалы о переводах произведений русской художественной литературы на Эсперанто.

Но, по-видимому, уже назрело и создание научного центра языка, который по-серьезному занялся бы разработкой богатых залежей и месторождений языковых богатств Эсперанто. Возможно, что следовало бы возглавить эту работу Проблемной группе Института Языкознания АН СССР. Нужны уже солидные картотеки, в которых бы отразилось в ходе систематического накопления все, что уже сотворено эсперантской общественностью. Во Франции, в ГДР, Мексике и в ряде других стран эта работа уже ведется. Поэтому и лексиграфическая деятельность там выглядит более солидно, чем у нас. В словарях дается больше материала по особенностям применения, примерам употребления и т.п., чем это делается у нас, где словари в большей мере отражают эрудицию автора, нежели стадию развития языка.

Единственный гаучно составленный словарь В.Суткового, который копил в своих картотеках эти материалы, уже является в значительной мере устаревшим. А его картотеки вместе со смертью автора прекратили свое существование. Поэтому теперь слово за новыми кадрами, за молодыми силами литераторов и филологов-интерлингвистов, которым предстоит продолжить разработку сокровищ Эсперанто, уже созданных великими трудами энтузиастов, работавших и работающих на разных широтах, принадлежащих к самым разнообразным языковым группам, профессиям. Успехи Эсперанто последнего времени в области науки и литературы настоятельно этого требуют.

Пусть великодушный читатель простит это небольшое "лирическое отступление". Оно просто является выражением заветных чаяний автора, от изложения которых ему было трудно отказаться. Но теперь мы перейдем вплотную к основному предмету нашего несколько затянувшегося разговора.

Для внесения элементарной ступенчаточти в систематизации материалов фразеологического соответствия, мы построили разбор этого раздела (3-й главы) в две ветви. Точку развилки мы установили после разбора общих основных аспектов фразеологии. По одной ветки мы уже прошлись - именно по пути фразы-фрагмента. Теперь, вернувшись снова в точку развилки, пойдем по другому пути, именно фразы-произведения. Т.е. рассмотрим характеристику тех предложений, которые в языке ведут самостоятельное независимок существование, не считаясь с другими видами текстов, хотя их к этим текстам пристраивают.

Эти языковые конструкции существуют как на стыке между лексическим и фразеологическим соответствиями, так и на стыке между фразеологическим и стилистическим соответствиями. Первые в языкознании обычно носят название сращений или идиом. Очень часто их можно отнести к области лексического соответствия, так как сплошь и рядом целое такое сочетание эквивалентно одной-единственной лексической единице. Но большая часть устойчивых сочетаний (фразеологических сочетаний) представляет собой законченную конструкцию, как бы сменный набор, который существует самостоятельно, но допускает вставку в виде орнаментированного кирпича или кафли в более развитую композицию.

Вступая в область перевода сращений (идиом) и устойчивых (фразеологических) сочетаний русского языка на Эсперанто, мы сталкиваемся с особенностями Эсперанто с самых первых шагов. В Эсперанто совершенно нет слов, утративших собственный самостоятельный смысл, будучи взятыми в отдельности. В то же время русский изобилует этим материалом. У переводчика просто дух захватывает, когда он встречается с такими словами как "зга", "кандычок", "тормашки", "трень", "трын", "фигли", "барахты", "брень", "тяп", "мигли", "ахти", "шаляй", "кувырк", "напропалую" и многое-множество других неповторимых жемчужин языка. Все эти и аналогичные другие "виньетки" языка обычно служат камнем пректновения даже у опытных переводчиков. А что уж говорить о новичках, лишь приступающих к освоению этого искусства. И тем не менее этот "тезаурус" представляет идиоматические сокровища языка.

В процессе перевода на Эсперанто уже выработалась известная методика обращения с этим фразеологическим материалом. Методика эта строится на ряде традиционно установившихся принципов, основные из которых можно сформулировать следующим образом:

  1. Идиоматические выражения являются желательным элементом фразы, источником художественно-красочного гранения, рафинирования текста при помощи выразительных средств языка.
  2. Идиоматические выражения желательно возможно шире черпать из всех национальных языков, в том числе из русского, для обогащения за этот счет международного языка.
  3. При передаче на Эсперанто желательно сохранить возможно ближе к оригиналу форму данного идиоматического выражения, за исключением слов, полностью утративших собственный смысл на языке оригинала и лишь в содружестве с другими словами (т.е. благодаря локтевым связям) дающих окончательный смысл (в нашем случае речь идет об идиомах-сращениях русского языка).
  4. Главный центр тяжести при переводе приходится на четкий смысл, который в каждом отдельном случае при перевоплощении должен быть сохранен таким образом, чтобы получилось кристально ясное выражение, имеющее форму девиза, короткой эпиграммы, афоризма, пословицы и т.п.
  5. Лицо, хорошо владеющее обоими языками, должно без труда обнаружить ту идиому, прототип которой представлен в данном переводе, чтобы при обратном переводе бралась обязательно точно та же идиома.
  6. Переводчик должен изыскивать пути придания этому произведению (фразе) такой четкой формы с ритмом, симметрией, если можно, с рифмой, которая создает впечатление граненого произведения малых форм.

При решении таких возникающих задач приходится прибегать к таким путям, которыми идут переводчики поэтических произведений. Необходимо сохранить в максимальной неприкосновенности мысль, идею, эмоцию, заключенную в данном идиоматическом произведении. Что же касается формы, то здесь принцип 2 и практические возможности вступают в противоречие, в борьбу. И, естественно, форму приходится отодвигать (поступаться ею), но отступая на вынужденную минимально отстоящую позицию. Если же удается сохранить и форму, то это уже удача переводчика. Но никакого греха не будет, если форму эквивалентных по смыслу словосочетаний удается придать на Эсперанто созвучно с другими уже имеющимися, уже ранее созданными на Эсперанто речениями другими переводчиками или оригинальными писателями (даже имеющие своим источником другие языки), во всяком случае уже имеющихся в языке и действующих.

Технически эта операция выполняется в два приема.

В первой стадии суть данного фразеологического сочетания (афоризма, пословицы и т.п.) передается на Эсперанто с максимальной точностью смысла при полном пренебрежении формы.

Во второй стадии гранится форма. Выщелачиваются при этом все излишествующие элементы. Изыскивается наиболее простое и лапидарное звучание, приближающееся к плавной естественной устной речи, как бы выбрасываемой фонтаном непринужденного народного творчества в четкой фольклорной форме. Чтобы получить такое плавное звучание афоризма, присказки, пословицы, поговорки и т.п. приходится несколько раз переписывать, отставлять и снова отрабатывать.

Надеемся, что из того, что уже сказано по этому поводу, у читателя уже сложилось смутное представление о предмете, и для постепенного овладения технологией этого перевода необходимо просмотреть и проанализировать множество примеров. Некоторое количество таких примеров мы и предложим вниманию читателей.


читать дальше
в оглавление

Главная страница

О ВСЕОБЩЕМ ЯЗЫКЕPRI TUTKOMUNA LINGVO
О РУССКОМ ЯЗЫКЕPRI RUSA LINGVO
ОБ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕPRI ANGLA LINGVO
О ДРУГИХ НАЦИОНАЛЬНЫХ ЯЗЫКАХPRI ALIAJ NACIAJ LINGVOJ
БОРЬБА ЯЗЫКОВBATALO DE LINGVOJ
СТАТЬИ ОБ ЭСПЕРАНТОARTIKOLOJ PRI ESPERANTO
О "КОНКУРЕНТАХ" ЭСПЕРАНТОPRI "KONKURENTOJ" DE ESPERANTO
УРОКИ ЭСПЕРАНТОLECIONOJ DE ESPERANTO
КОНСУЛЬТАЦИИ ПРЕПОДАВАТЕЛЕЙ ЭСП.KONSULTOJ DE E-INSTRUISTOJ
ЭСПЕРАНТОЛОГИЯ И ИНТЕРЛИНГВИСТИКАESPERANTOLOGIO KAJ INTERLINGVISTIKO
ПЕРЕВОД НА ЭСПЕРАНТО ТРУДНЫХ ФРАЗTRADUKO DE MALSIMPLAJ FRAZOJ
ПЕРЕВОДЫ РАЗНЫХ ПРОИЗВЕДЕНИЙTRADUKOJ DE DIVERSAJ VERKOJ
ФРАЗЕОЛОГИЯ ЭСПЕРАНТОFRAZEOLOGIO DE ESPERANTO
РЕЧИ, СТАТЬИ Л.ЗАМЕНГОФА И О НЕМVERKOJ DE ZAMENHOF KAJ PRI LI
ДВИЖЕНИЯ, БЛИЗКИЕ ЭСПЕРАНТИЗМУPROKSIMAJ MOVADOJ
ВЫДАЮЩИЕСЯ ЛИЧНОСТИ И ЭСПЕРАНТОELSTARAJ PERSONOJ KAJ ESPERANTO
О ВЫДАЮЩИХСЯ ЭСПЕРАНТИСТАХPRI ELSTARAJ ESPERANTISTOJ
ИЗ ИСТОРИИ РОССИЙСКОГО ЭСП. ДВИЖЕНИЯEL HISTORIO DE RUSIA E-MOVADO
ЧТО ПИШУТ ОБ ЭСПЕРАНТОKION ONI SKRIBAS PRI ESPERANTO
ЭСПЕРАНТО В ЛИТЕРАТУРЕESPERANTO EN LITERATURO
ПОЧЕМУ ЭСП.ДВИЖЕНИЕ НЕ ПРОГРЕССИРУЕТKIAL E-MOVADO NE PROGRESAS
ЮМОР ОБ И НА ЭСПЕРАНТОHUMURO PRI KAJ EN ESPERANTO
ЭСПЕРАНТО - ДЕТЯМESPERANTO POR INFANOJ
РАЗНОЕDIVERSAJHOJ
ИНТЕРЕСНОЕINTERESAJHOJ
ЛИЧНОЕPERSONAJHOJ
АНКЕТА/ ОТВЕТЫ НА АНКЕТУDEMANDARO / RESPONDARO
ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИUTILAJ LIGILOJ
IN ENGLISHPAGHOJ EN ANGLA LINGVO
СТРАНИЦЫ НА ЭСПЕРАНТОPAGHOJ TUTE EN ESPERANTO
НАША БИБЛИОТЕКАNIA BIBLIOTEKO


© Все права защищены. При любом использовании материалов ссылка на сайт miresperanto.com обязательна! ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ